Луи-фердинанд



бет1/40
Дата28.06.2016
өлшемі1.97 Mb.
#163451
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   40
LOUIS-FERDINAND

CELINE


NORD

ЛУИ-ФЕРДИНАНД

СЕЛИН

СЕВЕР


Перевод с французского

Харьков «ФОЛИО» 2003

ББК 84.4 ФРА С 29

v Серия «Вершины. Коллекция» основана в 1999 году

Переведено по изданиям: Celine L.-F. Nord. - Paris: Gallimard, 1960 Celine L.-F. Rigodon. — Paris: Gallimard, 1969

Перевод с французского «Север» — Маруся Климова и Вячеслав Кондратович; «Ригодон» — Владимир Брюгген

Художник-оформитель Б. Ф. Бублик

Cet ouvrage a ete publie dans le cadre du Programme d'Aide a la Publication «SKOVORODA» de l'Ambassade de France en Ukraine et du Ministere francais des Affaires Etrangeres

Це видання здійснено у рамках Програми сприяння видавничш cnpaei «СКОВОРОДА» Посольства Франца в Україні та міністерства закордонних справ Францй'

Селин Л.-Ф.

С 29 Север; Ригодон: Романы: Пер. с фр. / Худож.-офор-митель Б. Ф. Бублик. — Харьков: Фолио, 2003. -655 с. — (Вершины. Коллекция). ISBN 966-03-2121-Х.
Перед вами первое издание на русском языке романа «Се­вер» классика французской литературы, одного из самых эксцентричных писателей XX века Л.-Ф. Селина (1894— 1961). Как и все другие книги автора, они автобиографичны.

По обожженной войной Европе скитаются четверо: сам Се­лин, его жена Лили, друг Ле Виган и кот Бебер, ставший самым знаменитым котом во французской литературе. Это главные дей­ствующие лица, все остальные — эпизодические персонажи: ге­нералы без армий, начальники разбомбленных вокзалов, жите­ли разрушенных немецких городов и деревень, беженцы, поте­рянные родителями дети, животные, огромное и скорбное шествие живых и мертвых, и все они — вместе с Селином — свидетели Апокалипсиса, где писатель, по его признанию, «и есть хроникер спектаклей Всемирного Театра Гиньолей».


ISBN 966-03-2121-Х

ББК 84.4 ФРА


© «Nord», Editions Gallimard, 1960 © «Rigodon», Editions Gallimard, 1969 © Б. Ф. Бублик, художественное оформ­ление, 2003 © Издательство «Фолио», издание на русском языке, марка серии, 2003

СЕВЕР


Роман

1954


Что ж, надеюсь, все скоро завершится... уф!., немало мы повидали... в шестьдесят с лишним вам уже ни одна архи­бомба не страшна... Н?.. Z?.. Y?.. чепуха!., укус комара! жаль только потерянного времени и титанических усилий, потра­ченных на всю эту гнусную разнузданную свору безмозглых вертожопых лакеев... безумно жаль, мадам!., «ах, помолчите, вы же продаете свою ненависть»!., черт, я не прочь!., пожа­луйста, но кому?., похоже, покупателям мой товар не по вку­су... они предпочитают авторов более близких им по духу, они ищут, обратите внимание, это очень важно, некоего не­уловимого родства душ... маститые халдеи, маститые жопо-лизы, лизоблюды, шу-шу-шу, рясы, кропильницы, биде, ви­селицы, гильотины, анонимки... читателю хочется чувствовать рядом с собой брата, все понимающего и готового на все... «Заткнитесь!., ведь даже на галерах было, кажется, десять процентов «добровольцев», вы именно из их числа!»

* * *


В голосованиях я никогда не участвую, но свое мнение у меня есть... а как же... возраст все-таки... газет я теперь больше не читаю... разве что рекламу... она способна поведать о мно­гом... да еще некрологи... знать о потребностях людей... и об их смерти... этого достаточно!., все остальное — фуфло... правые, центристы, левые!.. «Публичные банки» или же «дома»... кому что нравится... кто на чем больше подвинулся...

Нет, вы только посмотрите на них, какие все кругом жа­лостливые, как все сочувствуют несчастным беженцам, вся­ким там евро-азиатам, японцам-чухонцам, полячишкам-с-печки-брячишкам... но черт возьми, а как же вы? вас просто нет!., вы еще не поняли?., вы для них — пустое место...

@ Маруся Климова, Вячеслав Кондратович, перевод на русский язык, примечания, комментарии, 2003

7

* * *



Конечно, все это старо как мир... но никто ведь и не сомневается, что это началось не вчера, этот порядок уста­новился задолго до Рождества Христова!., нашу болтовню никто не слушает!., на театральных постановках все зевают! кино, телевизор... и вдруг, бац — катастрофа! и верхи, и низы жаждут одного: Крови!., циркового представления!., с предсмертными хрипами, стонами, полной ареной внутрен­ностей!., нет, шелковые гольфы, накладные сиськи, вздохи, усы, Ромео, Камелии, Рогоносцы... их больше не устраива­ют!., им подавай Сталинград!., горы оторванных голов! Геро­ев с членами во рту! победители грандиозного фестиваля воз­вращаются с тележками полными окровавленных глаз... миниатюрные программки с золотым обрезом им тоже больше не нужны! они предпочитают более впечатляющие кровавые цвета... долой надуманные спортивные состязания!., крова­вый Цирк грядет на смену театру... новое веянье из глубины веков... триста лет до Р.Х.! «вот оно! самое-самое!» вы дума­ете, это роман! не спешите!., может быть, строгий вечерний туалет? куда там! нет! «вивисекция раненых»!., вот! все ис­кусство, все веками создававшиеся так называемые шедевры побоку! подлость! и преступления!

* * *


— Вы собираетесь написать хронику?

— Ну, в общем, да!..

— И будете до конца откровенны?..

— Можете не сомневаться!., до сих пор у меня в ушах звучат слова мадам фон Зект...

— Поверьте, мсье Селин, если бы мой муж бы жив1, у нас никогда не было бы Гитлера... это не человек, а стихийное бедствие!., интеллект без воли немногого стоит, не так ли?., ну а воля без интеллекта?., это стихийное бедствие!., вот Гитлер и был таким?., вы согласны со мной, мсье Селин?..

— Безусловно, мадам, безусловно!..

Трудно сказать, сколь убежденными голлистами были все эти активные антигитлеровцы, обитатели «Бреннера» в Ба-ден-Бадене... с таким ли уже нетерпением ждали они прихо­да союзников!., истинные арийцы до мозга костей... и не какие-нибудь там жалкие скукоженные лавочники... отнюдь!..

' Здесь и далее см. Комментарии (стр. 423—434).

а из тех, что привыкли себе ни в чем не отказывать... две-три дамы в номере с залитым солнцем балконом и видом на Lichtenthall-alle... долина Oos, этой утопающей в зелени ред­чайших деревьев и ласкающей своим нежным журчанием слух речушки... ландшафтец весьма и весьма изысканный... серебряные шевелюры плакучих ив... двадцать... тридцать мет­ров над водой... тонкое кружево, сплетенное руками садово­дов в течение трех веков... двери «Бреннера» были открыты только для членов очень хороших семей, принцев крови или рурских магнатов... владельцев металлургических заводов на сто... двести тысяч рабочих мест... так что в то время, о кото­ром я вам рассказываю, а это был июль 44-го, перебоев с едой там еще не наблюдалось... хватало и им самим, и их слугам... масло, яйца, икра, мармелад, лосось, коньяк, «Вдо­ва Клико»... парашютами сбрасывались на Вену в Австрии... прямиком из Ростова, Туниса, Эперней, Лондона... на суше и на море полыхает война, но икре она не помеха... пусть все летит к чертям, однако delikatessen на столах высокопостав­ленных особ не страшны ни праща, ни мухобойка, ни бомба Z... Хрюхрющев «мясными консервами» в ближайшем буду­щем питаться явно не будет! так же как и Никсон — лапшой на воде или Милламак — сырой морковкой... столы высоко­поставленных особ — это «Дело государственной важнос­ти»... вот «Бреннер» и был таким делом, обставленным соот­ветствующим образом!., на всех этажах переодетые слугами головорезы разносили компот мараскин*... возможно, само происхождение этих типов заставляет их вести себя вызыва­юще... они могут позволить себе спускать по десять-пятна-дцать миллионов марок за одно блюдо из меню... к изумле­нию других посетителей и лакеев... они спускали все деньги столь стремительно, что это походило на фарс!., покупалось все подряд!., однако как туда попадало барахло?., да все от­туда же!., из Швейцарии... точнее, через нее, с Востока, из Марокко... и по бросовой цене!., за марки, целыми тележка­ми!., прекрасно... замечательно... но ведь надо же было где-то все это еще и продать!., целый этаж «Бреннера» был приспо­соблен под рынок... с настоящими торговцами!., курчавыми темнолицыми прилипчивыми, вкрадчивыми, как нельзя луч­ше подходившими для этой роли... любезность ягуара, обна­женные в улыбке клыки... родственники Нассера, Лаваля, Мендеса, Юсефа... «не проходите мимо, любезные покупа­тели!» вы не представляете, какое количество валюты было

* Мараскин — сорт вишни.

там у заезжих магнатов!., на рынке «Бреннера» торговля шла бойко!., самый что ни на есть восточный базар! как в Бухаре: пять кило «Шишбанка»2! продано!., заверните!., завтра те же самые личности будут ошиваться на рынках Кремля в Рос­сии или Белого дома в США... очередная война в разгаре... десять, двадцать Хиросим в день, а жизнь идет своим чере­дом, просто кругом все грохочет... только и всего!., флирт, громкие скандалы... и конечно же, вездесущий Меркурий!., главное!., будь то в сибирских рудниках, в Бухенвальде или еще худших местах заключения, да хоть под атомным пеп­лом, Меркурий присутствует везде! есть там его храмик?., значит все в порядке!., жизнь продолжается... к Нассеру с его каналом это тоже относится!., мармелад!., настоящие осет­ры из Ростова!., все парашюты должны быть укомплектова­ны... и не чем-нибудь, а исключительно ящиками отборного доброго «Кьянти», да еще кубками и гранеными зеркалами, желательно «венецианскими»!., ансамбли нейлонового деза­билье, «фасон Валансьенн»*... высокая мода, ваше высоко­благородие!., надушенные идолы слишком пресытились пыт­ками и виселицами... хочется немного отвлечься на руба­шечки «ратафия-нейлон»**, так что все парашюты должны быть укомплектованы!., имейте это в виду!., сегодня эти ли­цемерные типы способны одним махом стереть с лица земли сразу пять провинций! щепотки нейронов достаточно, что­бы от Сен-Лазара*** не осталось и следа!., даже гайки от локомотива не найдешь!., они привыкли удовлетворять все свои прихоти!

Уверяю вас, что в Баден-Бадене, Brenner Hôtel было дос­таточно материала для подобных обобщений! там ведь были люди не только из Рура, из Koncern'a, но и из всех централь­но-европейских и балканских банков, а также и раненые ге­нералы, всего несколько, но зато со всех фронтов, особенно за столом министра Шульце, представлявшего Канцелярию... и никто из них, клянусь вам, не отказывал себе ни в чем... великолепная кухня, интриги, заговоры и часовые!., вы ду­маете, я преувеличиваю... вовсе нет!., просто констатирую факты!., нужно, конечно, все это было видеть самому... в деталях! всего ведь не расскажешь... трапезы с жарким, тя­желыми яствами и бургундским... такое меню, что глаза разбегаются!., сплошь одни деликатесы, десерты с земляни­

* Намек на знаменитые валансьенские кружева. ** Ратафия — сорт ликера. ** Вокзал в центре Парижа.

кой и взбитыми сливками... мороженое с фруктами... си­роп?., еще?., поменьше?., вы уверены?., и персонал, слуги, вышколенные, внимательные, ловящие на лету любой жест, ja и вздохи... обслуживавшие матерых подпольщиков, това-рисчей, «сынков»3, гестаповцев, обитателей Вильгельмштрас-се, tutti frutti*... кого угодно!., та же самая рука, что подносит фазанов, лангуста под двумя соусами и сельдерей, успевает подсунуть сразу четыре «жучка»! в то же самое мгновение! каждому из двенадцати едоков... безукоризненность, внима­ние, обходительность!., многие из них обслуживали еще Пе-тэна и Геринга в «Рице» в Париже... да что там Герман! всех высших нацистских чинов и баронессу Ротшильд... в пику всей этой неудавшейся, оборванной, очумелой расистской шантрапе!., элита остается элитой всегда и везде!., а осталь­ным — митинги и дерьмо! собирайтесь, треплите языками, размахивайте кулаками, оттопыривайте мизинцы, ползайте на коленях, корчитесь в сортирах, жалкое отродье!., у халдея из Белого дома, Кремля, Виши или «Бреннера» такая мане­ра передавать вам салатницу, что ошибиться невозможно... у обычного недоноска после красной или цветной капусты, борща или пот-о-фе даже урчание в животе какое-то тоск­ливое... и неважно, выпил он божоле или водки!., в Виндзо­ре, Кремле, Елисейском дворце пищеварительные процессы проходят совсем иначе!., о каких проклятьем заклейменных так печется «intelligentzia» в «Юманите»?.. о чем с таким па­фосом мечтает?., о пищеварении, как у Хрюхрющева или Пикассо!., быть такими же проклятьем заклейменными, как они!., но не тут-то было!., стиль, традиции, толстые ковры, вкрадчивые манеры!., оля-ля, мужланы!

— Не желаете ли, прошу прощения, чуточку консомме?.. превосходный соус!..

Тысяча благодарностей, Ваше Высочество! Вот!., мож­но и с тюрбо**!.. да что там говорить!..

Конечно же, Би-би-си, Браззавиль и Шо-де-Фон4 лучше нас знали о малейших переменах вокруг, о самых слабых хлипаньях в биде... радиостанции всего мира через громко­говорители в коридоре каждый час сообщали нам новости из «Бреннера»... из Требизонда мы узнавали о том, что про­исходит в соседней комнате... о новых прибытиях и отъез­дах... е-мое! и это никого не смущало!., а уж этот хлыщ, хо-

* Прочий сброд (итал.). ** Сорт рыбы.

11

леный «полномочный» Legationsrat* Ганс Шульце только и думал о том, как бы свалить... его волновала только соб­ственная безопасность!., барахло и семья в восточной Бава­рии... нас же, ясное дело, пустят в расход!., и разумеется, у него была своя «сеть»!., лакеи, кухонные работники, кори­дорные и метрдотели должны были доносить ему абсолютно обо всем... с мельчайшими подробностями... обо всем, что происходило в комнатах: картишках, пьянстве, скандалах... ну а болезни были уже по моей части... рапорт каждое утро!., так там было заведено, и в «Бреннер-отеле» даже никто и не пытался что-либо утаить... как я уже говорил... в своей пре­дыдущей книге о Зигмарингене5, до поры до времени все может идти нормально, пока «информация» собирается, скап­ливается, обрабатывается, перерабатывается... все нормаль­но!., и так из века в век! вспомните Рим, Ниневию, Визан­тию, Вавилон... или те же Советы... очевидно, что так может продолжаться два... три тысячелетия... и в Советах, и у нас — «процессы века», политические скандалы, войны полиций и кровавые чистки... а потом опять трепотня и голосование! Урра! да здравствуют питекантропы!., не зря они вышли из пещер!., трепотня, слежка, микропленки и сладкая жизнь!., тщательно подобранные аперитивы и презервативы!., а на­шему Legationsrat'y Шульце больше ничего и не нужно было... информация и царская жизнь!., я лечил всю его семью, они все, вместе с гувернантками и детьми жили в «солнечном крыле» отеля... этим-то он был вполне доволен!., вполне!., чего нельзя было сказать о кухне!., она его не устраивала! там портили все его «буйабесы»**!.. хотя они и старались... но... тем не менее, делали это нарочно! наверняка! такому тонкому знатоку, как Шульце, который десять лет был в Марселе консулом! и предлагать подобное варево! это же вредительство!



— Доктор! Доктор! вы только попробуйте эту похлебку!., какой-то суп для Армии Спасения!

Десять лет он был консулом в Марселе! имел влияние на руководство... даже на самых высших руководителей Марсе­ля! он не уставал это повторять и всячески это подчеркивал! немецкая армия отступала, можно сказать, теряла Европу, десятки армий были брошены, однако главной заботой оте­ля «Бреннер» был буйабес Шульце... и еще «особое» снабже­

* Глава посольства (нем.). "* Уха по-марсельски.

12

ние! морские ежи, чеснок, шафран, маленькие рыбки с Мав­ританского побережья, двадцати видов, доставлялись на кух­ню точно по расписанию в специальном аквариуме, самоле­том... невозможно себе представить, чтобы в «Бреннер-отеле» могли хоть как-то пренебречь своими обязанностями, даже во время войны... тем не менее, этот буйабес не только давал повод для кривотолков... но и заставлял в этом усомниться!..



Я допускаю, что, возможно, там в подвалах, на кухне, их немного трясло... Marauders*. В данном случае имеется в виду тип небольшого самолета, эти болваны делали вид, что ме­тят в отель... делали вид!., только и всего!., мертвая петля, пируэт и привет!., отправлялись бомбить деревню!., но в под­вале кухни им могло казаться, что пришел их черед....все кругом сотрясалось... и котлы... и тертый сыр для буйабеса... в конце концов, ни Шульце, ни шеф-повар не были увере­ны, что это не из-за всей этой заварушки...

Я вам еще не рассказал про Казино!., виноват, забыл!.. Казино «Свиданье с Европой», сплошь элита... знать, послы, театр... «массы» тогда еще не путешествовали, и из Америки за три часа добраться было нельзя... представьте себе эти игровые залы, барокко в «трансильванском» духе, обитые малиновым бархатом и золотом... вот-вот появится Де Грие6... Манон «снова на сцене»... десять Манон!.. еще более про­жженные!., самые заядлые игроки!., на красное и черное... ресницы, сиськи, ляжки... а вот уже и бюстгальтер на кону!

Краснорожие полковники, желтушного вида советники и дряхлые дамы, бледные сердечницы... бледные... у кото­рых не осталось ни жетонов... ни сил подняться... уйти... на войне как на войне, в партере не хватает зрителей... только слышится треск: рррр!.. рулетка... и пронзительный голос кру­пье... «ставки сделаны!»... Мелкопоместные дворяне из «Брен­нера» наведывались сюда ненадолго... как и положено, со скучающим, безразличным видом... зато «беглые» коллабос, особенно дамы, взгромождались на стул втроем... а то и вчет­вером... визжа от восторга при удаче...

Кондитерская при Казино постоянно была забита вдова­ми погибших бошей... залечивающих тут свои психические травмы... при помощи «ромовых баб»!., «релижьез»** и вот таких бриошей!., пирожные с черникой и целые блюда экле­ров... такое изобилие просто радовало глаз!., правда, должен

* Мародеры (англ.). ** Название пирожного.

13 признаться, нам тоже кое-что перепадало... позже было куда хуже!., я вам уже рассказывал! в фальшивых пирогах Зигаа-рингена было больше гипса, чем муки... простите мне бес­порядочность моего повествования... я начал с конца!., за­мечательная история! но только правда имеет значение!., уверен, вы все поймете! я-то сам понимаю!., было бы жела­ние, вот и все!., что толку смотреть только на то, что проис­ходит вокруг вас сейчас!., не так уж сложно представить себе солдатских вдов на лечении, обжирающихся пирогами, пти­фурами, слоеными пирожными с клубникой... кофейники шоколада со сливками... совсем не сложно! из переполнен­ных ртов капает... на выходе толчея! вращающиеся двери!., гарсонам приходится их выталкивать... этих засыпающих на ходу дам... чтобы они пошли где-нибудь вздремнули... от­дохнули... в парке... на скамейке... или еще где... порыгали там... поспали... все тщательно переварили...

А вот крупье было не до отдыха... птифуры их не интере­совали!., все внимание приковано к жетонам! «делайте став­ки!., пятерка!»... к тому же, к каждому из них был прикреп­лен ученик... на табурете рядом, какой-нибудь безногий калека в униформе... все расписано по секундам! героиче­ский инвалид переквалифицируется!., необходимо, чтобы он побыстрее научился запускать рулетку... и загребать!., пять! три! четыре! «ставки сделаны!» ловите миг удачи!., энтузи­азм, упорство, деньги... безукоризненное произношение!., ведь баденское Казино одно из старейших в мире!., здесь играли Берлиоз и Лист... и все князья Романовы... Нарышкины, Са-войские... Бурбоны и Браганс... мы же, само собой, тут были чужими, как и в любом другом месте Европы... но так как, в конечном счете, все это было не более чем опереткой... то вам позволялось присутствовать в качестве зрителей... на­блюдать за рулеткой Истории... о которой я вам и рассказы­ваю...

Крупье в точности как в Монте-Карло... понятное дело, все из «депортированных»... такие же напомаженные пря­ди... такие же носы с горбинкой... смокинги с зашитыми карманами... все как в Остенде, Сопоте, Энгьене... даже ре­жущие слух голоса... «делайте ваши ставки»... разве что обу­чение безногих монакскими специалистами никогда ранее не практиковалось... в Великом Рейхе и об этом позаботи­лись... теперь больше принято говорить о его недостатках! еще бы!., теперь и о галлах, и о Людовике XIV, и даже о

Феликсе Форе много чего говорят!., а о побежденных все вытирают ноги!., мне-то это известно... очень хорошо...

* * *


В старинных хрониках войны назывались иначе: переме­щения народов... вот уж точно подмечено! в июне 40-го, к примеру, французский народ и армия и впрямь перемести­лись из Берген-оп-Зома в Пиренеи... при этом и народ и армия наложили в штаны... а в Пиренеях все опять встрети­лись!.. Фриц и Франсуа!., даже не подрались, просто выпили, закусили и легли спать!., перемещение окончено!., а мы опять возвращаемся в Баден-Баден!.. все слова и мысли смешались в кучу!., к чему было опять покидать Монмартр? да все из-за страха, что после четырехлетней передышки тебя разорвут на части на проспекте Жюно... о, жалкие людишки! все друзья и родственники только и ждали, когда меня замочат, все были заодно, готовились наброситься на меня, растащить всю мою мебель, стащить с меня последние штаны, а ненужное спус­тить с молотка... что они в результате и сделали, ей-богу! да что там говорить, я сам виноват... я сам принес себя им в жертву!., добренький Иисус и через десять тысяч лет готов ежедневно идти на крест!., человечество хорошо усвоило этот урок! это же очевидно: все дороги забиты роскошными тач­ками с икрой, бриллиантами и отпускниками... а желающих хоть чем-то пожертвовать что-то не видно!

Известно, что французские военные, обосравшись от стра­ха, в 40-м стремительно уносили ноги из Берген-оп-Зома в Байонн... а мы, Лили, я, Бебер и Ля Вига7, в 44-м... с улицы Жирардон, в Баден-Баден... у каждого своя поносная эпо­пея! приговоренный к смерти малыш Пустэн8, спасая честь и шкуру, запрыгнул в самолет и отправился в Лурд... но я не собираюсь пичкать вас Сравнительными Жизнеописания­ми... Пустэн — это одно, а я — совсем другое... его хроника тянет на миллиарды!., за мою же, сами понимаете, не дадут и ста франков «новыми»... Статуи Пустэна торчат повсюду, а мое рыло даже на могильной плите и то не осмелятся вы­гравировать... у моей матери на Пер-Лашез плиту на могиле уже очистили, стерли нашу фамилию... вот что значит во­время, где надо, не подстраховаться... вы не поверите, но в Ля Рошели я выдержал натиск чуть ли не всей французской армии, когда меня пытались склонить продать машину «ско­рой помощи»! а она ведь была не моя!., я человек долга и

15

уломать меня невозможно! «скорая помощь» из моего дис­пансера в Сартрувиле... вы представляете!., я отвез ее туда, откуда взял, эту чертову колымагу! а заодно двух бабуль с бутылями красного и троих новорожденных... всю эту шоб­лу, в целости и сохранности! и кто об этом хоть что-то знает? о черт побери, никто! а на кого, вы думаете, навесили все прегрешения? на меня! на меня!., да их хватило бы на целую каторгу! двадцати ландрю, петьо и фюальдесам9!.. вот если бы я загнал машину за бабки, которые мне тогда предлага­ли, вместе с младенцами, санитарками и старухами вприда-чу, я был бы сейчас героем Сопротивления, и мне бы тоже воздвигли вот такой монументише! а теперь, батюшки мои, повсюду слышится улюлюканье!., вас обвиняют во всех смерт­ных грехах! все возмущены тем, что вы недостаточно покор­но подставляете свою вонючую шею под нож!., жалкий трус!., миллионы зрителей в амфитеатре требуют вашей смерти!., и все из-за моей дурацкой честности... из-за того, что я вернул колымагу туда, откуда я ее взял, потому что она мне вовсе не принадлежала!., была имуществом Сартрувиля! дурацкая честность!., если бы я оставил ее фрицам, хрянцузам, «сын­кам», да кому угодно, хоть баням или душевым, все ведь хотели ее купить, вместе с бабулями, санитарками и ново­рожденными! я был бы теперь респектабельным сытым ран­тье, а не старым грязным оборванцем...



Некрологи по утрам в «Фигаро», пожалуй, это единствен­ное, что меня слегка утешает!., «в своем замке в Олной-Ле-Топин, выдающийся военачальник Трахтибидох откинул конь­ки... его безутешные родственники перед тем, как отправиться к нотариусу, благодарят всех... за искренние соболезнова­ния... и т.д...»

Моя привязанность к «Фигаро» вполне объяснима... «Ве­стник Судьбы»... сколько жаждавших напиться моей крови уже откинули копыта... отправились кормить червяков, хан­жеские рожи!., прощайте, безутешные родственники!., весь Олной-Ле-Топин в трауре... и леса, и замок... вызывайте но­тариуса!

* * *

Очень может быть, что вскорости вся эта долина Ооса превратится в самую настоящую ядерную свалку... а что, еще годика два?., впрочем, не будем опережать события!., дол­жен же я придерживаться хоть какой-то последовательнос­




Достарыңызбен бөлісу:
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   40




©www.dereksiz.org 2022
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет